В одном деле следовую примесь арифметически превращают в самостоятельную массу ТГК.
В другом самостоятельную массу ТГК вообще не устанавливают — и наркотической становится вся масса объекта.
В третьем следовой ТГК обнаружен, но состава преступления нет.
А продукция одной партии одного иностранного поставщика получает принципиально разную экспертную оценку.

В статье №0 «Продукция из технической конопли, CBD и уголовные дела: откуда у Кана Знак документы и зачем мы их публикуем» мы объяснили, откуда у КАНА ЗНАК материалы этих дел, на каких источниках основана наша правовая позиция и почему мы делаем результаты этой работы публичными.

В статье №0 «Продукция из технической конопли: CBD, следовой ТГК и уголовные дела» мы объяснили, откуда у КАНА ЗНАК материалы этих дел, на каких источниках основана наша правовая позиция и почему мы делаем результаты этой работы публичными.

Российское законодательство устанавливает государственный контроль за тетрагидроканнабинолом — ТГК.
Одновременно оно разрешает культивирование определённых сортов конопли в промышленных целях, не связанных с производством или изготовлением наркотических средств, и устанавливает для таких сортов объективный процентный критерий содержания ТГК — не более 0,1%.
Это принципиальная исходная точка: само физическое присутствие ТГК и наркотическая природа всего объекта — не одно и то же.

Теперь сопоставим сами дела и посмотрим, что происходит на практике.

Дело №1. CBD со следовым ТГК: уголовное дело возбуждено — затем прекращено.
В данном деле, связанном с деятельностью одного "ООО №1" — "Общества №1", первоначальная таможенная экспертиза обнаружила в изоляте каннабидиола следовое количество ТГК.
Перед экспертом был прямо поставлен вопрос в том числе о процентном содержании примеси, однако процентное содержание ТГК в первоначальном заключении установлено не было.
Позднее, уже в рамках уголовного дела, была проведена судебная экспертиза. Её результат принципиально иной. Эксперты установили, что один исследованный товар представляет собой индивидуальное химическое соединение — каннабидиол, а второй — десмолизированное растительное сырьё.
В отношении порошкообразных объектов было установлено содержание CBD 99% и выше и естественной примеси ТГК; сами объекты эксперты характеризовали именно как индивидуальное химическое соединение — каннабидиол. Вывода о том, что эти объекты являются наркотическими средствами либо наркотическими смесями, эксперты не сделали.
После проведения этой экспертизы уголовное дело было прекращено по реабилитирующим основаниям, продукция возвращена.

Но история тех же товаров продолжилась уже в арбитражном процессе.
И здесь возник совершенно другой подход.
Суд первой инстанции указал, что «сам по себе факт обнаружения» соединения из Перечня, независимо от его количества, достаточен для распространения на товар разрешительного порядка ввоза.
Апелляционный суд сформулировал тот же подход ещё прямее: значение имеет «качественное (а не количественное) обнаружение» соединения независимо от его количества.
Кассация эту конструкцию повторила.

Получается первая принципиальная развилка.
Экспертиза: индивидуальное химическое соединение — каннабидиол.
Суды: для применения ограничительного режима достаточно самого факта качественного обнаружения ТГК.

Материальный объект не изменился. Изменилась правовая конструкция, через которую на него смотрят.
Именно этот конфликт впоследствии стал одной из причин обращения Общества в Конституционный Суд Российской Федерации.

Дело №2. 53 килограмма CBD. 35,36 грамма ТГК — только после арифметики.
Во втором уголовном деле исследовалось около 53 кг вещества, основным установленным компонентом которого являлся высокочистый каннабидиол.
Эксперт определил процентное содержание ТГК в исследованных объектах в диапазоне 0,054–0,077%.
Согласно обвинению, после пересчёта этих долей процента на массу партии появилась величина около 35,36 г ТГК.

Но прежде чем считать граммы ТГК, необходимо ответить на более ранний вопрос: что представлял собой сам исследуемый объект?
В данном случае исследовалось вещество, основным компонентом которого являлся высокочистый каннабидиол.
Эксперт не установил, что исследуемый объект является наркотической смесью. Наличие в каннабидиоле второго химического соединения — следовой примеси ТГК — само по себе не означает, что установленная экспертом характеристика объекта исчезает и вместо вещества возникает смесь.

Обнаружение химического соединения устанавливает состав объекта, но ещё не превращает обнаруженное соединение в самостоятельный компонент смеси.

Эту границу между индивидуальным веществом с примесями и смесью мы подробно разбираем в статье №4 «Примесь или смесь: почему 99% вещества не должны исчезать из-за следового соединения».

И это не отвлечённая теория. В Деле №1 государственная судебная экспертиза уже квалифицировала CBD с естественной примесью ТГК именно как индивидуальное химическое соединение — каннабидиол.

Что произошло дальше?
Процентное содержание ТГК умножили на общую массу вещества. Так появилась величина около 35,36 г. Отдельный физически изъятый объект массой 35,36 г, идентифицированный как ТГК, отсутствовал.
Физически существовали десятки килограммов вещества, основным компонентом которого являлся CBD. Величина 35,36 г была получена расчётным путём — умножением процентного содержания ТГК на массу исследуемого объекта.
Именно этой расчётной величине затем было придано значение массы наркотического средства.

Поэтому вопрос заключается не в арифметике. Вопрос — в правовом основании, позволяющем придать расчётной массе следовой примеси значение самостоятельной массы наркотического средства.
Для настоящей статьи достаточно зафиксировать четыре факта:
около 53 кг вещества;
основной компонент — CBD;
ТГК — 0,054–0,077%;
35,36 г ТГК появились после математического расчёта.

Проблема Дела №2 не в арифметике. Проблема — в том, какой юридический смысл придали результату этой арифметики.

Дело №3. Та же партия. Другой эксперт. Другой результат.
Следующий эпизод мы сознательно приводим в ограниченном объёме. КАНА ЗНАК располагает экспертным заключением по продукции партии того же иностранного поставщика и идентичным номером партии, указанным поставщиком, которая фигурировала в Деле №2.
В этом случае продукцию исследовал эксперт МВД России. И результат уже другой. По итогам исследования эксперт указал, что наркотические средства, психотропные вещества и их прекурсоры в пределах чувствительности применённого метода не обнаружены.

Для настоящей статьи важен только документально подтверждённый факт: продукция одной партии одного иностранного поставщика получила принципиально различную экспертную оценку.
В одном деле в ней количественно определяется следовой ТГК. В другом эксперт МВД в пределах чувствительности применённого метода контролируемых веществ не выявляет.

Продукция одной партии не меняет химическую природу в зависимости от номера уголовного дела.
Поэтому причины различающихся аналитических результатов требуют отдельного исследования. Они могут быть связаны с применённой методикой, пределом обнаружения, пробоподготовкой, оборудованием, условиями исследования и интерпретацией полученных данных.
Почему результаты исследования каннабиноидов могут различаться и какое значение приобретают погрешность, предел обнаружения и выбранный аналитический метод, мы отдельно разберём в статье об экспертных исследованиях.

Дело №4. Эксперт не назвал смесью. Суд — назвал.
Следующее дело разворачивает ситуацию практически в обратную сторону. На экспертизу было представлено 1074,2 г белого мелкокристаллического вещества. Методом газовой хромато-масс-спектрометрии эксперт обнаружил в нём: каннабидиол; Δ8-тетрагидроканнабинол; Δ9-тетрагидроканнабинол.
При этом эксперт не определил ни процентное содержание ТГК, ни его абсолютную массу.
Перед экспертом был поставлен прямой вопрос: является ли представленное вещество наркотическим средством и, если да, каким именно и какова его масса?

В выводе эксперт указал, что в исследованном веществе содержатся Δ8-ТГК и Δ9-ТГК.
Но вывода: «исследованный объект является наркотической смесью» в заключении нет.

А затем появляется приговор. Брянский областной суд пишет: «Учитывая, что в состав смеси входили изомеры тетрагидроканнабинола [...] размер наркотического средства определялся весом всей смеси».

В результате последовательность выглядит предельно коротко.
Эксперт: вещество. CBD + Δ8-ТГК + Δ9-ТГК. Процент и масса ТГК не установлены.
Суд: смесь. Масса наркотического средства — масса всей смеси.

Вопрос здесь не в том, вправе ли суд давать доказательствам юридическую оценку.
Разумеется, вправе.
Вопрос другой: какой установленный исследованием фактический признак позволил перейти от «в веществе содержатся ТГК» к «весь объект является смесью, масса которой является массой наркотического средства»?

Именно здесь особенно заметна зеркальность Дела №2 и Дела №4.
В Деле №2 из объекта арифметически рассчитывается самостоятельная масса ТГК.
В Деле №4 самостоятельная масса ТГК вообще не установлена — зато уже вся масса объекта учитывается как масса наркотической смеси.
В одном случае считают долю. В другом — целое.
И установление того, что представляет собой исследуемый объект, должно предшествовать обоим способам расчёта.

Если утверждается, что перед нами смесь, необходимо отдельно установить, на каком основании объект, исследованный как вещество, должен быть квалифицирован именно как смесь.
Почему наличие ТГК ещё не означает автоматически существование наркотической смеси, мы разбираем в статье №3 «Если ТГК контролируется “везде и во всём” — зачем законодатель отдельно установил правило для смесей?». А чем смесь отличается от индивидуального химического вещества с примесями — в статье №4.

Дело №5. Рецепт из Индии. На выходе — «гашишное масло».
Ещё одна правовая конструкция возникла в деле гражданина Павла, проходившего лечение в Индии. Он ввозил 15 заводских флаконов. Препараты были приобретены по назначению врача и находились в маркированной заводской упаковке.
Это обстоятельство само по себе не определяет химическую природу вещества, но имеет значение для происхождения препаратов, цели их приобретения и вопроса об умысле.
После изъятия содержимое всех флаконов было направлено на химическую судебную экспертизу. На полученных хроматограммах присутствуют несколько выраженных пиков, свидетельствующих о наличии в исследованных жидкостях нескольких обнаруживаемых соединений.

Кроме пика, который эксперт соотнёс с тетрагидроканнабинолом, присутствуют и другие выраженные пики. При этом в итоговой части заключения эксперт не определял химическую природу всех основных обнаруженных соединений и не устанавливал их количественное соотношение.

Из материалов дела следует, что сам Павел указывал на наличие CBD в составе назначенных ему препаратов. На хроматографическом профиле присутствует выраженный компонент, относимый защитой к каннабидиолу, однако количественное содержание CBD экспертом не определялось и его роль в составе готового препарата отдельно не анализировалась.
Эксперт при этом пришёл к выводу, что совокупность внешних признаков, качественных реакций и наличие тетрагидроканнабинола свидетельствуют о том, что вся маслянистая жидкость во всех пятнадцати флаконах является маслом каннабиса — гашишным маслом.

По результатам высушивания отобранных навесок эксперт расчётным путём определил массу так называемого «масла каннабиса (гашишного масла)» в высушенном состоянии — 176,36 г.

И здесь возникает уже третий способ перехода от химического факта к уголовно-правовому объекту.
В Деле №2 следовую долю ТГК арифметически отделяют от CBD и получают самостоятельную расчётную массу ТГК.
В Деле №4 самостоятельную массу ТГК не определяют, но наркотической признают всю массу объекта как смесь.
В Деле №5 не устанавливаются ни процентное содержание ТГК, ни его абсолютная масса, ни количественное соотношение с CBD — однако вся многокомпонентная жидкость получает наименование самостоятельного наркотического средства: «гашишное масло».

При этом возможна иная химическая конструкция.
Если исходным растительным компонентом препарата был CBD-содержащий экстракт, в котором ТГК присутствовал как естественное сопутствующее соединение или примесь, а затем этот экстракт был введён в масляную основу вместе с другими растительными компонентами, одно лишь присутствие ТГК ещё не отвечает на вопрос, чем являлся весь готовый продукт.

Из заключения эксперта не следует, что такая альтернативная химическая конструкция была отдельно исследована и исключена.

Поэтому главный вопрос здесь один: достаточно ли совокупности установленных экспертом признаков для идентификации всего сложного многокомпонентного препарата именно как гашишного масла, если процентное содержание ТГК, количественное содержание CBD, их соотношение и роль иных компонентов не устанавливались?

Случай №6. Следовой ТГК есть. Преступления нет.
И наконец — ещё один участник рынка, которого мы также не называем. Справка об исследовании МВД России зафиксировала в образце ввезённого каннабидиола следовое количество ТГК.
Далее по результатам проверки было принято постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по части 1 статьи 228 УК РФ за отсутствием состава преступления.
Здесь нам важен один факт. ТГК обнаружен. Состава преступления нет.
Следовательно, даже в реальном правоприменении формула: «ТГК обнаружен = преступление» не является универсальной.

Шесть эпизодов. Что мы видим?
Поставим результаты рядом.
В Деле №1 объект экспертно определяется как индивидуальное химическое соединение — CBD со следовой примесью ТГК; уголовное дело прекращается. Параллельно арбитражные суды считают сам факт обнаружения ТГК достаточным для применения ограничительного режима ввоза.
В Деле №2 из следовой доли ТГК внутри десятков килограммов CBD арифметически получают самостоятельные граммы ТГК.
В Деле №3 продукция той же партии получает иную экспертную оценку: контролируемые вещества в пределах чувствительности применённого метода не обнаружены.
В Деле №4 самостоятельная масса ТГК не устанавливается — но суд считает уже всю массу объекта наркотической смесью.
В Деле №5 процентное содержание и абсолютная масса ТГК не определяются — а вся жидкость квалифицируется как гашишное масло.
В Случае №6 МВД обнаруживает следовой ТГК — и отказывает в возбуждении уголовного дела за отсутствием состава преступления.

Это уже не спор вокруг одного экспертного заключения. Перед нами несколько принципиально разных способов перехода: от результата химического исследования — к юридическому объекту.

Именно здесь находится главный вопрос всей серии:
каким образом установленный химический состав превращается в конкретный предусмотренный законом объект государственного контроля?

Проблема уже не только в разных экспертизах.
После такого сопоставления вопрос становится шире CBD, шире конкретного эксперта и шире конкретного уголовного дела.
По каким заранее установленным, объективным и проверяемым критериям должен определяться правовой статус продукции из технической конопли со следовым ТГК?

Решение Совета ЕЭК №30 устанавливает разрешительный режим для наркотических средств, психотропных веществ и предусмотренных им иных объектов. Но отсутствие в самом Решении №30 отдельного процентного исключения для ТГК ещё не означает, что любой товар, в котором лаборатория обнаружила ТГК, автоматически становится объектом этого режима.

Евразийская экономическая комиссия сама указывала на необходимость разрешать вопрос об отнесении конкретного товара к разделу 2.12 с учётом национального законодательства государства — члена Союза.

А национальное законодательство Российской Федерации одновременно:
1) разрешает культивирование определённых наркосодержащих сортов конопли в промышленных целях
(именно целях - не «в промышленных масштабах», не «в промышленных объемах» - зафиксируйте эту мысль - подробно обсудим в статье №2);
2) устанавливает процентный критерий содержания ТГК;
3) прямо предусматривает неприменение установленных статьёй 2.1 Федерального закона №3-ФЗ мер контроля к разрешённым сортам и их частям;
4) устанавливает конкретные правовые категории, с которыми связывается применение соответствующих мер контроля.

Следовательно, продукцию из технической конопли со следовым ТГК нельзя рассматривать так, будто этой национальной системы разграничения не существует.
Иначе предусмотренные законом критерии и категории фактически подменяются новым правилом:
«ТГК обнаружен — объект контролируется».

Особенно остро эта проблема проявляется после промышленной переработки технической конопли.
Сортовая принадлежность исходного растения перестаёт быть объективно устанавливаемой по самому конечному продукту, тогда как процентное содержание ТГК остаётся измеримым.

Почему, согласно позиции КАНА ЗНАК, установленный законодательством критерий 0,1% должен сохранять разграничительное значение и для продукции промышленной переработки технической конопли, мы подробно разбираем в статье №2.

«ТГК обнаружен» — это начало ответа, а не конец.
Экспертное исследование должно двигаться последовательно.
Сначала устанавливается химический состав объекта.
Какие химические соединения обнаружены?
Каково их содержание?
Какое вещество является основным?
Какую роль играют иные обнаруженные соединения?
Что представляет собой исследуемый объект в целом — индивидуальное вещество, смесь, растительный материал, экстракт, раствор или иной объект?
И только после этого установленные фактические признаки могут быть сопоставлены с предусмотренными законодательством категориями.

Тогда возникает следующий вопрос:
существует ли здесь объект государственного контроля и какой именно?
Именно поэтому:
«ТГК обнаружен» не является конечным ответом.
Это химический факт.
Аналитический прибор может показать наличие химического соединения.
Может определить его концентрацию.
Может выявить соединение, которое менее чувствительный метод не обнаружил бы.
Но прибор не создаёт новые категории запрещённой продукции. Чем чувствительнее становится аналитическое оборудование, тем важнее этот принцип.
Иначе предел государственного контроля начинает фактически зависеть не от предусмотренной законом категории, а от предела обнаружения конкретного аналитического метода.

Почему здесь особенно важна техническая конопля.
Российский законодатель не построил регулирование промышленной конопли на принципе абсолютного отсутствия ТГК.
Напротив. Законодатель прямо установил объективно измеримый процентный критерий:
не более 0,1% ТГК.
Но промышленные цели культивирования конопли не ограничиваются самим фактом выращивания. Cannabis sativa l. является сырьём для последующей промышленной переработки.
После сбора растения его части поступают в оборот и переработку. Затем появляются продукты промышленных целей, в которых исходные сортовые признаки растения уже невозможно непосредственно исследовать тем же способом, которым определяется сорт выращиваемого растения.
При этом следовые количества природных каннабиноидов могут сохраняться в продукции переработки исходного растительного сырья.
Именно здесь возникает центральная правовая проблема.
Если после переработки критерий конкретного сорта перестаёт быть объективно проверяемым, а специального механизма подтверждения сорта по конечному продукту законодательство не устанавливает, правовой режим такой продукции не может зависеть от критерия, который невозможно установить по самому объекту исследования.

Позиция КАНА ЗНАК состоит в том, что установленный российским законодательством процентный критерий 0,1% ТГК должен сохранять своё разграничительное значение и применительно к продукции промышленной переработки технической конопли.

Именно 0,1% является установленным российским законодательством объективным и измеримым критерием разграничения разрешённой промышленной конопли и иной наркосодержащей конопли, тогда как после переработки проверяемый механизм установления конкретного сорта исходного растения отсутствует.

Именно этот вопрос поставлен в обращении ООО "Лотос Саенс Девелопмент, направленном в Конституционным Судом Российской Федерации.

Именно поэтому для продукции из технической конопли принципиально важно не только качественно ответить: «ТГК обнаружен или нет?»
Необходимо ответить: каково его процентное содержание?
Если следовой ТГК находится в пределах установленного национальным законодательством критерия 0,1%, сам факт его обнаружения, согласно позиции КАНА ЗНАК, не должен автоматически превращать ненаркотический продукт промышленной переработки технической конопли в наркотическое средство или наркотическую смесь.
Для иной квалификации необходимо установить предусмотренные законом признаки соответствующего объекта контроля.

КАНА ЗНАК не предлагает ослабить государственный контроль за ТГК.
Мы требуем сделать этот контроль точным, измеряемым, проверяемым и предсказуемым.

ТГК должен контролироваться как ТГК.
Смесь — как установленная смесь.
ашишное масло — как объект, признаки которого действительно установлены.

Закон не регулирует примесь, аналогично, как и примесь не наделяет основное вещество (объект) своими свойствами.

Продукты конопли, полученные в промышленных целях, содержащие неизбежные технологически обусловленные примеси, в том числе ТГК не более 0,1% — не должны становиться подконтрольными, пока всестороннее экспертное исследование и последующая правовая оценка не установили предусмотренных законом оснований для иной квалификации.

В сопоставленных нами делах происходит следующее.
В одном деле следовой ТГК математически «отделяют» от CBD — и получают расчётную массу ТГК.
В другом самостоятельную массу ТГК вообще не устанавливают — и считают уже всю массу объекта как смесь.
В третьем весь жидкий объект получает название самостоятельного наркотического средства без определения процентного содержания ТГК.
В четвёртом ТГК обнаружен — но уголовного состава нет.
Химический факт — сходный.
Правовые конструкции — принципиально различными.
А вместе с конструкцией меняется и уголовно-правовая арифметика.

Правовой статус объекта не должен возникать из чувствительности прибора.
Лаборатория устанавливает факты химии.
Эксперт устанавливает фактические характеристики исследуемого объекта в пределах своей компетенции.
Закон устанавливает категории объектов государственного контроля.
А задача правоприменения — показать доказуемый переход между установленными фактами и конкретной правовой категорией.
Если этот переход нельзя показать — его нельзя просто предположить.

Дальше в серии.
Статья №2.
«Техническая конопля и 0,1% ТГК: что именно разрешил российский законодатель»
Почему российское право допускает присутствие ТГК в промышленной конопле, почему после переработки критерий сорта перестаёт быть объективно проверяемым и почему, по позиции КАНА ЗНАК, установленный законом процентный критерий 0,1% должен сохранять разграничительное значение для продукции её промышленной переработки.

Статья №3.
«Если ТГК контролируется “везде и во всём” — зачем законодатель отдельно установил правило для смесей?»
Почему наличие контролируемого химического соединения и квалификация всего объекта как смеси — разные юридические утверждения.

Статья №4.
«Примесь или смесь: почему 99% вещества не должны исчезать из-за следового соединения»
Что химия, стандартизация и судебная экспертиза понимают под индивидуальным веществом, степенью чистоты, примесью и смесью — и почему обнаружить химическое соединение ещё не значит установить компонент смеси.

Отдельно мы разберём экспертные исследования: методы анализа, пределы обнаружения, пределы количественного определения и погрешность измерений.
Потому что когда спор идёт о сотых долях процента, погрешность и пределы аналитического метода перестают быть чисто лабораторным вопросом.
Результат измерения может непосредственно влиять на последующую правовую оценку объекта.

← ПредыдущаяСтатья №0 · Откуда документыСледующая →Статья №2 · Техническая конопля и 0,1% ТГК